СТАТЬИ

Храмы – живые и мертвые свидетели Славяносербии

Читать далее

Светлана МЕДОФФ

Из 40 церквей, заложенных сербами, на Донбассе сохранилось 16

Почему русские и сербы помогали и помогают друг другу? Что их связывало сквозь чужие границы и расстояние в тысячи километров? Единая вера — православная! Главной и единственной причиной переселения сербов в Россию в XVIII веке было стремление сохранить свое вероисповедание, свою совесть. В 1690 году, спасаясь от османского ига, свыше 70 000 сербов переселились в Австро-Венгрию, однако там им активно навязывали католичество. В 1723 году Пётр I позвал их в Россию, предложив обустраивать и охранять южные пределы империи. В Подонцовье, где селились буддисты калмыки, мусульмане татары, беглые старообрядцы-раскольники, в религиозном плане было настоящее Дикое поле, пока сербы не построили здесь православные храмы.

Поротно стройся

Почти 270 лет назад на нынешней территории Луганской и Донецкой народных республик была основана Славяносербия. Указ императрицы Елизаветы о поселении здесь двух гусарских полков Шевича и Депрерадовича вышел в 1753 году, однако лишь «осенью 1755 года генералы пришли со своими людьми в эту область, сумели пережить жестокую зиму и с началом весны 1756-го для 20 рот стали строить слободы с широкими и ровными улицами», как писал в своих путевых заметках (1791 г.) российский академик Иоганн Антон Гюльденштадт. Достоверно известно, что в каждой из 20 рот была церковь. В палатке или шалаше, но с крестом и иконой – обязательными атрибутами балканских переселенцев.

Во второй половине XVIII столетия были освящены десятки храмов: в Подгорном (1754), Каменном Броде (1767), Вергунке (до 1764), Хорошем Яру (1775), Александровке (1791), Макаровом Яру (1786), Желтом (1791), Красном Яру (до 1764), Суходоле (1768), Михайловке (1787), Николаевке Станично-Луганского района (1798), Серебрянке (1754), Приволье (1760), Верхнем (1763), Нижнем (1774), Крымском Броде (до 1764), Черкасском Броде (1764), Веселой Горе (1777), Первозвановке (1779), Ореховке (1777), Петровеньке (1777), Ивановке (1780), Луганском (1777), Николаевке Попаснянского (1782), Камышевахе (1771), Белом (1768), Штеровке (1795), Павловке (1787), Калиновском (1785), Троицком (1778), Анненском (1795), Красном Куте (1798), Кружиловке (1797), Петровеньке (1786), Петровке (1767), Чутине (?), Успенке (1774), Горском (1797).

Однако псевдонародный справочник Википедия не перестает смешить откровенным невежеством. В статье «Список православных храмов Луганской области» указано: «Храмы, построенные в XVIII–XIX веках, за исключением Вознесенской церкви в Александровске, не сохранились». Да, они горели, перестраивались, разрушались и разграблялись. От многих остались лишь названия и приходы, ютящиеся в неприспособленных зданиях. Но если есть община, паства, значит, храм жив. Что касается зданий, то большинство из них не сохранились, ибо были деревянными. Из каменных церквей уцелели 16.

Летоисчисление храмов, как и городов, ведется с первого упоминания в летописях. Интересно, что сербы часто посвящали церкви святым, имена которых либо носили сами, либо их сыновья или отцы.

Порой со дня реального существования церкви до ее официального признания в епархии проходили многие годы. О том, как непросто и долго нужно было добиваться разрешения, свидетельствуют епархиальные документы. В частности «Материалы для историко-статистического описания Екатеринославской епархии. Церкви и приходы прошедшего XVIII столетия», изданные в Екатеринославе в 1880 г. митрополитом Феодосием (Макаревским).

Типична и в то же время таинственна история Свято-Иоанно-Предтеченского храма в шанце Калиновском (5-я рота по нумерации после 1764 г), ныне Калиново Попаснянского района. Согласно «Материалам…» отца Феодосия, «церковь во имя Усекновения главы честного и славного Предтечи и Крестителя Господня Иоанна была холщовая, ширмы с палатками. По имени церкви и шанец первоначально назывался Ивановским. В 1767 году в селе Ивановском усердием и заботливостью прихожан устроена была новая церковь в то же именование, из хвороста… В 1780 году пришла в совершенную ветхость и для умножившегося народа сделалась тесною. Выборные от общества секунд-майор Степан Давидович, капитан Василий Чечиков и атаман Самуил Кушнеров подали в Славенскую духовную консисторию доношение, в котором просили заложить новую прочную деревянную церковь». Однако в списках епархии храм из хвороста не значился, и в Калиновское, оно же Ивановское, отправили проверку на предмет истинности его существования. После инспекции и письменного подтверждения за подписью Авраама Рашковича и аудитора Кудрицкого и «надлежащего рассмотрения всех этих бумаг и относящихся к делу справок Славенская духовная консистория определением своим от 18 июля 1782 года постановила: в селении Калиновском дозволить вместо ветхой хворостяной устроить новую деревянную церковь в прежнее именование». 30 марта 1785 года – через пять лет! – Свято-Предтеченская церковь была освящена и открыта. Ее последние следы мы находим в Бахмутском архиве за 1860–1875 гг.

Старанием сербских командиров в годы официального существования Славяносербии (1754–1764), а фактически за девять лет было заложено и построено девять церквей.

Об этом можем судить по «Ведомости… обо всех состоящих в бывших Прерадовичевом и Шевичевом полках ротах, как оные по прежнему учреждению были, и как назывались, и в которых есть церкви, и оные во имя каких святых созданы, также и которого капитана старанием те роты селением обзаведены» за октябрь 1764 года.

Полк Ивана Шевича

Сам генерал-майор командовал 1-й ротой в Красном Яру (Луганск), где и построил церковь во имя Рождества пророка Иоанна. О ее дальнейшей судьбе ничего не известно.

в Большой Вергунке

Шанец Вергунский (Луганск), 2-я рота «обустраивается старанием подполковника Ивана Шевича-сына. Построена церковь во имя Святого Великомученика и Победоносца Георгия». В 1773 году она сгорела, но через пять лет вновь отстроена, «соборно освящена и открыта к богослужению». В 1875 году обветшалую церковь разобрали и выстроили новую, тоже деревянную. В феврале 1935 г. храм был закрыт и к концу года полностью разрушен. В 1948 г. прихожане купили дом, где ныне и находится приход.

в Каменном Броде

Шанец Каменный Брод (Луганск), 3-я рота премьер-майора Петра Шевича, церковь во имя Петра и Павла. В 1793 году деревянную церковь заменили на каменную. В 1801 году в Петропавловской церкви заводской лекарь, датчанин Иван Даль крестил своего сына Владимира, ставшего впоследствии известным лексикографом, писателем, этнографом и составителем «Толкового словаря живого великорусского языка». В 1929-м в храме обосновался «Союз воинствующего безбожника». Богослужения возобновились при немцах в августе 1942 года и с тех пор не прекращались.

Шанец Крымский Брод (Крымское), 4-я рота и церковь Архистратига Михаила обустраивались стараниями секунд-майора Георгия Филипповича. Согласно архивам, храм трижды ремонтировался — в 1787, 1790 и 1879 гг. Закрыт и до основания разрушен в 1937-м. Приход вновь зарегистрирован в 1993 году в здании детского сада.

Желтый Яр (Желтое). 5-я рота премьер-майора Юзбаши, церкви не имеется. Десять лет спустя, получив 9600 десятин земли в ранговую дачу, Константин Николаевич Юзбаши все же построил два храма — Благовещения Пресвятой Богородицы (1777) в Весёлой Горе (до 1912 г. село называлось Лекарским) и Вознесения Господня (1791) в Александровке (Юзбашевке) по имени сына. Оба они были деревянными, но их каменные аналоги дожили до наших дней.

Табличка на Свято-Вознесенском храме, построенном в 1840-1849 годах, гласит: «Сей храм воздвигнут нашими благочестивыми предками в 1772 г. и освящен в честь Вознесения Господня».

в Александровске (Луганск)

Однако в 1785 году, согласно прошению к преосвященному Никифору, «намеревает г. Юзбаш построить вновь церковь…, к чему уже и материалы заготовлены», которую освятили в 1791 году. Второй храм также был деревянным. Каменный  был возведен в 1840-1849 годы на пожертвования помещика Сомова и его жены княгини Ширински-Шахматовой, новых владельцев Александровки. В предвоенные годы (1937–1940) Вознесенская церковь оставалась единственным действующим храмом в Ворошиловградской области. Община возродилась в 1942 году, а в 1955 году храм включен в список сакральных сооружений области, открытых для посещения иностранными делегациями.

в Веселой Горе

Судьба храма в Веселой Горе, где похоронен Константин Юзбаши, тоже примечательна. По словам настоятеля Свято-Благовещенской церкви отца Дмитрия, в 1839 году помещица Елена Родионовна Нилус (правнучка Константина Юзбаши по материнской линии и праправнучка Райко Депрерадовича по отцовской) приказала разобрать деревянный храм и «передала его в другое село, а на этом месте построила кирпичный храм». При нем была церковно-приходская школа, библиотека – более 300 книг. Когда в феврале 1934 года храм закрывали большевики, прямо перед ним развели костер и сожгли церковный архив за сто лет. В 1942-м церковь была открыта оккупационной администрацией, но с 1957 года вновь наступили черные дни. Здание ветшало, и в декабре 1980 года было принято решение о сносе, но каким-то чудом не было выполнено. Храм в Веселой Горе уцелел, но служил складом стройматериалов. В 2000 году восстановлен силами казачьей общины и настоятеля.

Что касается села Желтого, то церковь там все же построили, но позже. Согласно «Материалам для историко-статистического описания Екатеринославской епархии», о возведении церкви во имя Успения Божией Матери начали ходатайствовать в 1785 году «государственной слободы Желтой начальник прапорщик Константинов и всего общества поселяне», а также «из волохов священник Василий Лукьянов». В 1786 году «по внушению и настоянию атамана Василия Дикусара, сотского Ивана Карпова, дьячка Максима Падалки и громадского писаря Ивана Феодоровича Чигиринова жители государственной слободы Желтой приняли уже решительные меры к построению в своей слободе приходской церкви, купив в слободе Суходол готовое церковное здание». Перевоз поручили отставному вахмистру Марко Магочалову. С 1791 года в храме уже велись богослужения, с 1935-го здание переоборудовали под киноклуб, а в годы Великой Отечественной войны оно было разрушено.

Хороший Яр (Хорошее), «7-я рота капитана Ивана Миоковича – церкви нет, в нынешнее состояние приведена сыном его прапорщиком Павлом Миоковичем». Из книги Феодосия Макаревского мы узнаем, что церковь во имя священномученика Игнатия Богоносца в Хорошем вчерне была устроена в 1775 году, однако смотритель слободы прапорщик Лазарь Перич (имевший земли в окрестностях Хорошего у названного его именем Перичева Яра), громадский писарь отставной квартирмейстер Иван Албанев так и не смогли ее достроить. И только в 1784 году в деревянной церкви открыли богослужение. Дальнейшая ее судьба не известна.

Что касается села Желтое, то церковь там все же построили, но позже. Согласно «Материалам для историко-статистического описания Екатеринославской епархии», то о возведении церкви во имя Успения Божией Матери начали ходатайствовать в 1785 году «государственной слободы Желтой начальник прапорщик Константинов и всего общества поселяне», а также «из волохов священник Василий Лукьянов». В 1786 году, «по внушению и настоянию атамана Василия Дикусара, сотского Ивана Карпова, дьячка Максима Падалки и громадского писаря Ивана Феодоровича Чигиринова, жители государственной слободы Желтой приняли уже решительные меры к построению в своей слободе приходской церкви, купив в слободе Суходол готовое церковное здание». Перевоз поручили отставному вахмистру Марко Магочалову. С 1791 года в храме уже велись богослужения, с 1935 здание переоборудовали под киноклуб, а в годы Великой Отечественной войны оно было разрушено.

Хороший Яр (Хорошее), 7-я рота капитана Ивана Миоковича — церкви нет, в нынешнее состояние приведена сыном его прапорщиком Павлом Миоковичем. Из книги Феодосия Макаревского мы узнаем, что церковь во имя священномученика Игнатия Богоносца в Хорошем вчерне была устроена в 1775 году, однако смотритель слободы прапорщик Лазарь Перич (имевший земли в окрестности Хорошего у так называемого Перичева яра – Авт.), громадский писарь отставной квартирмейстер Иван Албанев так и не смогли ее достроить. И только в 1784 году в деревянной церкви открыли богослужение. Дальнейшая ее судьба неизвестна.

в Славяносербске

Подгорное (Славяносербск). 8-я рота, «сначала селение обзаводилось старанием покойного капитана Степана Сабова, а в нынешнее состояние приведено сыном его капитаном Василием Сабовым, церковь во имя святого архидиакона Стефана». Считается старейшей, ибо построена в 1754 году – сообщает Википедия, хотя следом врет: «Памятник архитектуры, не упразднялся и не разрушался». Уже через 20 лет своего существования церковь обветшала и в 1784 году была перестроена. Через 100 лет на ее месте возвели каменную Соборно-Стефановскую церковь. С 1923 года храм претерпел все мытарства, присущие богоборческой эпохе: закрытие, разграбление, поругание, использование под склад и запустение. В 1990 году началась реконструкция, и церковь сегодня в расцвете.

в Зимогорье

Черкасской Брод (Зимогорье): «10-я рота сначала заведена умершим капитаном Игнатом Миоковичем, ныне обустраивается старанием капитана Ивана Маркова, церковь строится во имя святого Николая Чудотворца». О ее строительстве мы узнаем из «Покорного доношения» от 10 марта 1765 г. начальнику Славяносербской поселенческой комиссии Фливерку, в котором подполковник Шевич просит лес для завершения строительства церквей в Черкасской и Крымской ротах. Храм во имя Николая Чудотворца простоял несколько десятков лет и сгорел на пожаре. На его месте в 1889 году построен Свято-Троицкий храм, сохранившийся до наших дней. В 2002 году на проспекте Ленина зимогорьевцы установили памятный знак в честь Маркова, которого считают основателем города.

Полк Родиона Депрерадовича

Шанец Серебрянский (Серебрянка, ДНР). «1-я рота, церковь каменного строения во имя Преображения Господня обзаведена старанием покойного генерал-майора Родиона Депрерадовича». Годом рождения так называемой сербской церкви, действующей поныне, считается 1754-й. Как и все деревянные, она была заменена в 1778 году на каменную, простой архитектуры. Видимо, поэтому она не вызывала классовой ненависти и даже не была закрыта (разве что в 1923 году на нужды родины изъяли более 11 кг золота и серебра). Считается, что до сих пор одна из икон, привезённых Депрерадовичем, находится в храме. По легенде, сам Райко похоронен под плитой храма в 1764 году. Потомок бахмутских помещиков Петр Шабельский в «Записках Одесского Общества истории и древности» писал, что «в селе Серебрянке покоится в церкви прах принадлежащего к числу заселитетей этого края генерала Депрерадовича. Привезенная им икона из эго родины привлекает и поныне много молельщиков». Местный священник рассказал, что склепы действительно обнаружены, но во дворе храма. В одном из них даже сохранились останки, но перезахоронять их не стали, просто установили два креста. Неопровержимых доказательств того, что это склеп самого Депрерадовича или кого-то из членов его семьи, нет.

В Серебрянке была еще часовня святого благоверного князя Александра Невского, которая размещалась на Марьиной горе, названной по имени жены Райко Депрерадовича. По легенде, у Марии были больные ноги, и генерал носил ее на руках на эту гору, где она собирала лечебные травы, которыми лечила старые раны мужа. Сегодня здесь ботанический памятник природы.

Шанец Верхний Беленький (Лисичанск). «3-я рота полковника Георгия Прерадовича, церкви не имеется». Однако, как видно из «Экспликации Бахмутской провинции», «в 1775 году в с. Верхнем… имелась Иоанно-Предтеченская церковь, построенная в 1763 году». Следы ее существования удалось раскопать лишь в метрических книгах Лисичанска (Фонд 126, опись 8): «с. Верхнее – Иоанно-Предтеченская церковь, 1860–1865, 1890–1918 гг.. Церковь была уничтожена советской властью в 1929-1930 годах (на фото — момент снятия креста), на ее месте построен Дворец культуры на ул. Красной.

Шанец Асессоровский (Приволье): «4-я рота секунд-майора Рашковича, заложен каменный фундамент церкви во имя Вознесения Господня». В 1791 году жители села подали в Бахмутское духовное Правление прошение, в котором писали: «Приходская наша каменная Вознесенская церковь за давностью лет, устроена 1760 года, уже пришла в крайнюю ветхость», и в 1793 году храм был обновлен. Согласно архивным метрическим книгам, он просуществовал более 150 лет: «с. Приволье – Вознесенская церковь, 1889–1906, 1908–1912, 1914–1919 гг». Закрытый в 1931 году, был разрушен во время боев за Привольнянский плацдарм в мае-сентябре 1943 года.

В составе Новороссии

В остальных ротах Депрерадовича церквей нет, гласит «Ведомость» за октябрь 1764 года. С этих пор Славяносербия как автономная административная единица перестала существовать и вошла в Бахмутский уезд в составе Новороссии. Сербские полки были объединены в один — Бахмутский полк, вместо 20 рот стало 15: Серебрянка — № 1 и далее соответственно Красное, Верхнее, Вергунка, Асессорский, Крымский брод, Нижнее, Подгорное, Желтое, Каменный Брод; Черкасский брод, Хорошее, Калиновское, Троицкое, Луганское. Роты сменили нумерацию и командиров, однако заведенный порядок не поменялся: храмы продолжали обустраиваться.

Шанец Нижний Беленький (Нижнее) – храм во имя апостолов Петра и Павла. Согласно Феодосию Макаревскому, в 1766 году «слобожане чрез избранных и доверенных своих, капитанов Карла Пекуна, Ивана Нитолца и поручика Димитрия Тодорова, исходатайствовали разрешение на постройку деревянного храма во имя апостолов Петра и Павла». В 1774 году он был освящен, а 1791 году прихожане вновь просили позволения его отремонтировать ввиду крайней ветхости. О дальнейшей судьбе храма говорят лишь сухие цифры: «упразднен в 1923 г., восстановлен в 1942 г., разрушен в 1961 г».

церковь в Троицком Попаснянского районаШанец Картамышский (Троицкое Попаснянского района). Лисичанский историк и архитектор Николай Ломако считает, что деревянный храм Святой Троицы построен в 1778 году. Каменный — в 1840-1844 гг. Внешний вид храма не обновлялся с самой постройки. Имеет статус памятника архитектуры. В советские времена использовался под зерновой склад на протяжении 40 лет. В 90-х возобновил работу, но сильно пострадал в 2014 году.

Шанец Камышеватый (с. Камышеваха) – Свято-Георгиевский храм. В книге Феодосия Макаревского опубликовано прошение о том, что вдова генерала Депрерадовича «имеет намерение в той слободе собственным своим коштом с иконостасом, сосудами, потребными до церковного круга книгами, ризницею, равно и всеми принадлежащими к церковному украшению надобностями, во имя великомученика и победоносца Георгия сооружать церковь». В 1771 году приход освятили. Последнее упоминание о церкви датируется 1856 годом.

Шанец Луганский (ДНР), 15 рота. Николаевская церковь здесь была построена в 1777 году (по данным Н. Ломако). О ней сохранились упоминания в архивах и местных легендах. Судьба ее не известна.

Где были ранговые дачи

Земли, полученные в ранговые дачи офицерами Бахмутского полка, располагаются на территории Бахмутского и Славяносербского уездов. Площадь участка была пропорциональна рангу, званию. Наследники сербских переселенцев стали помещиками, продолжая дело своих отцов и дедов.

Суходол (Пионерское) — Церковь Успения Пресвятой Богородицы. В 1756 г. эти земли были отданы под ранговую дачу протопопу Бахмутского полка Михаилу Вании. По данным Феодосия Макаревского, «у старика Вании в 1768 году здесь уже была деревянная неподвижная церковь». Двадцать лет спустя его сын Федор обратился в епархию за разрешением построить каменную церковь Успения Пресвятой Богородицы, и в 1791 г. она была освящена. О ее дальнейшей судьбе ничего не известно.

в Пархоменко

Макаров Яр (Пархоменко) — в 1773 году земли с казачьей слободой Макаров Яр  получил в ранговую дачу полковник Авраам Гаврилович Рашкович. Здесь он основал село Рашковку с переселенцами из Малороссии. Опустим многолетнюю тяжбу с казаками за землю,  главное, что Рашкович стал хлопотать о постройке деревянного храма в честь Архангела Михаила, который таки был построен, когда земли уже отошли к Степану Божедаровичу в 1786 г., и село было переименовано в Архангельское. В 1873 году был построен каменный храм. В 1935 году здание передано под клуб. Богослужения в храме возобновились во время оккупации в 1942 году. В 1951 году передан сельскому совету для хозяйственных нужд. Богослужения восстановлены с 1993 года.

В слободе Ольховой (Успенке) в 1774 была возведена деревянная Успенская церковь, которая и дала новое название слободе. В 1809 году, за ветхостью старой церкви, тщанием генерал-майора Николая Георгиевича Шевича (внука Ивана Шевича) был построен Воскресенский собор с пятью круглыми куполами и двумя колокольнями. Он был шестипрестольным, с приделами Успения Божией Матери, святого Василия Великого, святого благоверного князя Александра Невского, святого Предтечи и Крестителя Иоанна, святого великомученика Георгия Победоносца. В церковном доме размещалась школа. К концу 1930-х годов община прекратила свое существование. Храм был разрушен. Верующие ютились в переоборудованных помещениях. Ныне приход – в здании поликлиники.

Лозовая-Павловка. Церковь во имя зачатия святой Анны. Согласно Феодосию, в 1785 году Павел Миокович решил в слободе своей Павловке устроить деревянную церковь во имя Зачатия святой Анны, по имени жены. После обычных проволочек и сомнений консистория через год выдала разрешение, а еще через год церковь была освящена. В 1868 году построена новая, каменная, на средства князя П. П. Чурмантеева и прихожан. В 1930-х годах церковь была разрушена, и в 1938 году на ее фундаменте построена школа. Община возродилась в 1942 году, во время оккупации. Богослужения велись в частном домостроении. С 1955 года храм освящен в честь праведных Иоакима и Анны.

В селе Белое, согласно церковной летописи за 1897 год, церковь Покрова Богородицы построена в 1768 году старанием помощника статского советника Петра Штерича, а перестроена в 1858 году старанием и иждивением вдовы его сына Алексея надворной советницы Софьи Игнатьевны Штерич (Познанской). Церковь деревянная на каменном фундаменте, к ней в1889 году была пристроена трапезная и колокольня из дикого камня. В 1930 году с церкви были сняты колокола, а чуть позже она была разрушена.

в Первозвановке

В селе Первозвановка – деревянная церковь в честь Андрея Первозванного. Николай Ломако ставит дату 1799, однако подтверждения нет. Изначально деревня называлась Кузкина и принадлежала Александру Юзбашу, согласно «переписи жителей Бахмутской провинции за 1778 год». Переименована в честь храма. Каменный храм был возведен в 1893 году стараниями священника Иоанна Кияницы на средства прихожан и землевладельца Е.М. Духовского. Старая деревянная (зимняя) церковь служила сторожкой и крестильней. В 1906 году она была разобрана по ветхости. Храм был закрыт в 1935 году и преобразован под клуб, в 1942 году открыт, но всего на 7 лет, затем здание было осквернено и использовалось под склад. В 1990-м храм начали восстанавливать, с 1997 года здесь мужской монастырь.

В слободе Аннинской (Южная Ломоватка), по словам преподобного Феодосия, помещик Михаил Драгитеев, получивший землю на реке Ломоватке в ранговую дачу в 1780 году, исходатайствовал в 1795 году постройку каменной церкви Покрова Божьей матери, которая была освящена в 1795 году. О судьбе этого храма известно мало: «упразднён в 1930 г., восстановлен в 1942 г., упразднён в 1962 г., разрушен в 1980 г., восстановлен в 2000 г».

в Ивановке

В поселке Ивановка церковь не сохранилась. Феодосий Макаревский нам сообщает, что Иллирическаго гусарскаго полка подполковник Иван Штерич в 1777 году доносил, что деревянная церковь во имя Святой Троицы заложена и строится успешно. В 1780 году была освящена. Каменная церковь построена в 1840 году. Упразднена в 1930 г., восстановлена в 1942 г., взорвана в 1986 году.

Из исторической справки о слободе Петровеньки известно, что в 1790 году помещик Донецкого уезда капитан Пётр Штерич в своем прошении к вице-губернатору пояснял, что жители слобод Петровеньки и Воскресеновки из-за отдаленности от церквей нуждаются в исполнении религиозных обрядов, а потому он намерен «собственным коштом» соорудить в слободе Петровеньки церковь во имя святых апостолов Петра и Павла. Судьба ее не известна.

Слобода Штеровка. В 1790 году «генерал – майор и кавалер Шевич, изъясняя в прошении своем, что Донецкаго уезда слободы малолетняго Ивана Штерича Штеровки, состоящей под его, Шевича, опекою, жители по отдаленности церквей, нуждаются в исправлении по долгу христианскому обрядов; а потому намеревая соорудмть в оной собственным коштом церковь во имя преподобного Иоанна, списателя Лествицы». Из доношения от июля 1795 года митрополиту Екатеринославскому узнаем: «Донецкого уезда помещик, губернский стряпчий, коллежский асессор и кавалер Штерич прописывает, что вновь строющаяся в селе его Штеровке каменным зданием, во именование преподобного Иоанна, списателя Лествицы церковь, строением окончена и ко освящению изготовлена». Упразднена в 1930 г., восстановлена в 1942 г., упразднена в 1961 г., разрушена в 1982 г.

Петровка (Станично-Луганского района). Первый храм во имя Апостолов Петра и Павла освящен здесь в 1767 г. За ветхостью прежней церкви в 1862 году старанием прихожан в слободе построена новая деревянная. Богослужения велись в церкви до ноября 1934 года, после чего здание у общины было изъято и, по-видимому, разрушено.

Громовка (Михайловка). Феодосий Макаревский пишет, что «помещики секунд-майоры Авраам Миокович, Василий Сабов и капитан Исаак Миокович просят дозволения состроить им в слободе Громовке во имя святого Михаила Архангела деревянную церковь, представя притом приписку, что они сами ту церковь сооружат, как иконостас, так и все церковные утвари». В 1787 года церковь приведена в окончательное совершенство».

С северной стороны здания есть надпись: «Перестроена Павломъ и Михаиломъ Миоковичами», которые очевидно соорудили уже каменную церковь в 1824-м. В 30-х годах здание пытались использовать под клуб, но оно оказалось негодным для клуба. Возрождение храма произошло в годы оккупации, в 1942-м году. В 1955 году церковь Архистратига Михаила была включена в список Сакральных сооружений. В 1963 г взята на учёт как памятник истории и культуры. В иконостасе имеется икона Божией Матери, сохранившаяся с дореволюционных времён.

Горско-Ивановка (Горское). Успенская церковь. Изначально каменная, круглой формы. Колокольня пристроена позже. Согласно выписке из справочной книги Екатеринославской епархии, год постройки – 1797 год. На чьи средства строилась, не выяснено. По состоянию на 1799 год деревня Ивановка принадлежала поручику Ивану Вергелёву, а Горки (северная часть нынешнего Горского) подпоручику Петру Перичу. Храм несколько раз реконструировался, существует по сей день.

Ореховка. Первые упоминания о Покровском храме относятся ещё к 1787 году: здесь было освящено место под церковь и заложен первый камень; в 1791 году строительство Свято-Покровской церкви завершилось. В 1839 году из-за ветхости старой церкви было сооружено новое деревянное здание. В сентябре 1932 года церковь была закрыта. Богослужения возобновились с 1942 года. После 1947 года разрушена. В 1997 году под храм Ореховским сельским советом было выделено здание библиотеки.

Святой Николай – самый почитаемый у сербов

Николаевка (Попаснянский район). Из историко-статистического описания Екатеринославской епархии мы узнаем, что возведенная в 1782 году каменная Свято-Николаевская церковь обязана своим существованием «достойнейшему благодетелю человечества, Волошскаго гусарского полка подполковнику Ивану Родионовичу Депрерадовичу, который – теплая и верующая душа, – все делал, ничего не жалел и не щадил для того только, чтобы осчастливить свой народ, устроить и благоукрасить свою церковь». Храм функционирует в настоящее время, но в деревне осталось менее 100 человек.

Николаевка (Станично-Луганский район). В слободе Николаевке помещика генерал-лейтенанта и разных орденов кавалера, Георгия Ивановича Шевича, … мая 1798 года Донецкий протоиерей Василий Башинский … освятил новосооруженную каменную с колокольнею и со шпиталем на одной стороне и школою на другой Свято-Николаевскую церковь. В 1929 году церковное здание было изъято и использовалось как склад. В 1948 году верующие подавали заявление с просьбой разрешить им открыть церковь, но им отказали. В 1962-63 гг. церковь по указанию свыше была взорвана. С 1993 года богослужения ведутся в приспособленном помещении детского сада.

Еще одна Николаевка (часть Стаханова) имеет второе название — Чутино. Первое связано с названием церкви – Святителя Николая Чудотворца, а, возможно, с именем Николая Константиновича Чути. Рядом с обветшавшей деревянной церковью в 1902 году был построен каменный храм. Если в 1792 году мы еще находим в документах Николая Константиновича Чутю, то уже спустя сто лет в летописях появляется Николай Стефанович Чутин, на деньги которого якобы велось строительство храма. Можно предположить, что потомки Константина Чути, который командовал 13-й ротой, впоследствии обрусели, и фамилия Чутя (Чютя) превратилась в Чутин. Сегодня антропоним Чутино исчез с карты, его употребляют лишь местные жители. Церковь не функционировала в 1930-40 гг: имущество было разграблено, а помещение превращено в зернохранилище, лишь после войны возобновились регулярные богослужения.

Красный Кут – Феодосий Макаревский сообщает, что церковь каменная в честь святителя Николая Чудотворца сооружена в 1798 году тщанием помещика, статского советника Петра Штерича. В 1937 году приход был ликвидирован, а храм передан под сельский клуб. Община возродилась в 1942 году, упразднена в 1962 г.

В 1980 году было принято решение о сносе храма, но по техническим причинам выполнено оно не было. В 1985 году здание было передано совхозу под склад ядохимикатов. В октябре 1991 года храм был возвращён прихожанам, которые отреставрировали храм.

Васильевка (Алчевск) храм Николая Угодника возводился на деньги Николая Васильевича Сабова и был завершен в 1808 году. Упразднён в 1930 г., восстановлен в 1942 г. Сегодня в Свято-Николаевском кафедральном соборе находится 13 святынь, в том числе частица мощей свт. Николая Чудотворца и Частица Животворящего Креста Господня.

В селе Андрианополь Свято-Николаевская церковь построена в 1803 году попечением подпоручика Петра Савельевича Перича. По преданию, в 1841 году в церкви села Андрианополь ночевало тело убитого на дуэли поэта Михаила Юрьевича Лермонтова, по дороге с Кавказа в родовое имение. Храм был дважды обновлен: в 1850 году на средства дочери Перича баронессы Прасковьи Копенгаузен и в 1904 году — на пожертвования прихожан. В 1922 году якобы для борьбы с голодом их храма была изъята церковная утварь из драгоценных металлов. Служба велась до конца 1930-х годов, затем здание использовалось под зернохранилище и клуб. Восстановлен храм в 1994 году.

В Новобожедаровке (Кружиловке) церковь, во имя святого Николая чудотворца. В прошении к преосвященному Амвросию Екатеринославскому читаем: «Донецкого уезда помещик господин секунд-майор Божедарович изъясняет, что имеет две деревни, Новую Божедаровку и Давидовку, и вознамерился соорудить в Новой Божедаровке собственным коштом каменную церковь во имя святого Николая чудотворца». В 1790 году храм был заложен, в 1797-м освящен. Закрытая в середине тридцатых годов, община возобновила свою деятельность в годы Великой Отечественной войны. Богослужения велись вплоть до 1960 года, когда здание храма опять отняли и отдали под склад местного совхоза им. Пархоменко. С 1993 года находится на реставрации.

История храмов, построенных сербами на Луганщине, противоречива и требует уточнения. Уверена, вышеперечисленные храмы – далеко не все.

 

Интерес к прошлому нашего региона заметно усилился в новейший исторический период, который начался в 2014 году, когда жители Донбасса встали на борьбу за свою идентичность. Причем в историю заселения Луганщины стали вникать не только местные жители, но и люди, живущие за пределами ЛНР и ДНР и сопереживающие событиям, которые привели к отторжению Донбасса из Украины. Это связано как с попытками идентификации и самоидентификации жителей Луганской и Донецкой областей, особенно районов, относившихся к Славяносербии и Войску Донскому, так и со стремлением Украины вырвать Донбасс из Русского мира и Русской православной церкви, где он искони находился.

 


Датаизм – религия информационного общества

Читать далее

Датаизм – религия информационного общества

 

Понятие датаизма. История термина

Датаизм — это новая религия, идеология, основанная на поклонении всемирному потоку данных (Big Data). Ее описал израильский историк Юваль Ной Харари в книге «Homo Deus: Краткая история завтрашнего дня», которая вышла в 2017 году и стала мировым бестселлером.

Датаизм (от английского data — данные) еще мало известен как понятие, но, как любая религия, имеет свое объяснение мира: жизнь строится на биохимических алгоритмах, которые подчинены математическим законам,  а человечество в целом — это система обработки данных, где каждый человек – ее микропроцессор.   Божественной сущностью в датаизме выступает Интернет Всех Вещей (название автора).

 

Датаисты верят, что в будущем при очень большом количестве данных, достаточной скорости их обработки и огромнейшей мощности вычисления ИИ (Искусственный Интеллект) сможет осознать и понять людей гораздо лучше, чем они понимают сами себя, и власть от человека перейдёт к вычислительным алгоритмам, а его жизнью будет управлять Big Data – удобно и практично.

 

Ведь люди больше не в состоянии справляться с огромными потоками данных, поэтому не могут превращать данные в информацию и уж тем более в знания или мудрость. Поэтому обработка данных должна быть доверена электронным алгоритмам, намного более мощным, чем человеческий мозг. То есть датаисты скептически относятся к человеческим знаниям и мудрости и предпочитают полагаться на Big Data и компьютерные алгоритмы.

 

Мировоззренческая функция датаизма

Во всем мире религия дает ответы на животрепещущие вопросы о смысле существования, причине человеческих страданий и сущности смерти. Эти ответы дают людям ощущение цели. Вместо того чтобы чувствовать себя беспомощными существами, влачащими бессмысленное существование под ударами судьбы, верующие убеждены в том, что их жизни составляют часть единого божественного замысла.

 

Согласно традиционным религиям, мы отвечаем перед Богом за каждое наше действие и Бог откликается на наши мысли и чувства. В датаизме каждое наше слово и действие – это часть информационного потока, а алгоритмы постоянно наблюдают за нами и реагируют на все, что мы делаем и чувствуем.

У датаистов есть и свой ответ на вопрос, в чем состоит превосходство человека над другими животными. Он очень прост: человеческие переживания сами по себе не выше переживаний волков и слонов. Один бит информации так же хорош, как и любой другой. Но люди умеют описывать свои переживания и делиться ими в сети, тем самым обогащая глобальную систему обработки данных. Это придает цену их битам. Слоны и волки этого не умеют. Поэтому все их переживания – какими бы глубокими и сложными они ни были – ничего не стоят. Неудивительно, что люди так одержимы конвертированием своих переживаний в данные. Это не вопрос моды. Это вопрос выживания. Человек вынужден доказывать себе и системе, что все еще что-то значит. И значимость его не в способности переживать и сопереживать, а в умении превращать свои переживания в свободно текущую информацию.

 

Если гуманизм стоит на том, что переживания – это внутренний процесс, а смысл всего происходящего мы должны искать внутри себя, тем самым наполняя смыслом Вселенную, то, согласно датаизму, всем переживаниям грош цена, если они ни с кем не разделены, и что мы не должны – а на самом деле и не можем – найти смысл внутри себя. Мы должны лишь фиксировать наши переживания и отправлять их в великий информационный поток. А алгоритмы найдут в них смысл и скажут нам, что делать.

Правда, Юваль Ной Харари высказывает предположение, что лишенный возможности думать и принимать решение «человек может исчезнуть, как до него исчезали другие животные, не выдержавшие естественного отбора».

Компенсаторная и регулятивная функции

Харрари предупреждает: смена мировоззрения на датацентричное не будет чисто философской революцией. Она будет революцией практической. Любая по-настоящему значимая революция носит практический характер. Идеи меняют мир только тогда, когда они меняют наше поведение. А оно уже поменялось. Алгоритмы Google и Facebook прекрасно осведомлены не только о нашем самочувствии, но и о мириадах других относящихся к нам вещей, о которых мы вряд ли подозреваем.

 

Поэтому мы в будущем перестанем полагаться на себя и начнем полагаться на эти внешние алгоритмы. Не надо думать, на ком жениться, какую профессию выбрать, ввязываться ли в войну. Также бесполезно бродить по музеям, изливать душу в личном дневнике или вести сердечные беседы с другом. Великие алгоритмы Интернета Всех Вещей укажут, на ком жениться, какую профессию выбрать и ввязываться ли в войну.  Для этого надо просто быть в сети: секвенировать свою ДНК, носить на теле биометрические устройства, измеряющих давление и частоту пульса двадцать четыре часа в сутки, которые подсоединены к смартфону. Еще надо купить мобильную камеру и микрофон – фиксировать каждый свой шаг, жить online. И это не далекое будущее: в Китае уже есть эксперименты типа «социального рейтинга» и школы, где дети увешаны мониторящими их приборами.

Google и Facebook читают все наши имейлы, мониторили все наши чаты и сообщения и ведут учет всех наших лайков и кликов, подсовывая нам рекламу на интересующие нас темы.

 

Не нужно будет устраивать демократические выборы, ведь  алгоритмы знают не только, как проголосует каждый избиратель, но и по каким неврологическим причинам один голосует за демократов, а другой за республиканцев.

Короче, если гуманизм повелевал: «Слушайся своих чувств!», – датаизм повелевает: «Слушайся алгоритмов! Они знают, что ты чувствуешь».

 

Но откуда берутся эти великие алгоритмы? Это тайна датаизма. По примеру христианства, согласно которому нам не дано постичь Бога и Его замысел, датаизм объявляет, что человеческий мозг не способен осмыслить новые алгоритмы высшего порядка. В наши дни алгоритмы, конечно, в основном пишут программисты. Но действительно важные алгоритмы – такие, как поисковый алгоритм Google, – разрабатываются огромными коллективами. Каждый из разработчиков имеет представление лишь о своем фрагменте пазла, и никто по-настоящему не понимает алгоритм в целом. Более того, с возникновением машинного обучения и искусственных нейронных сетей увеличивается число алгоритмов, которые развиваются самостоятельно, самосовершенствуются и извлекают уроки из собственных ошибок. Они анализируют огромные объемы данных, с которыми не справиться ни одному человеку, и учатся распознавать образы и выбирать стратегии, непостижимые для человеческого ума. Исходный алгоритм может быть придуман людьми, но далее, развиваясь, он идет своей дорогой.

 

Первый мученик датаизма и «Партизанский манифест об открытом доступе»

Датаизм не ограничивается пустыми пророчествами. Как у всякой религии, у него есть практические заповеди, заветы, предписания. Первое и главное: датаист обязан максимизировать поток данных, подключаясь ко все возрастающему числу медиа и потребляя все возрастающий объем информации. Далее: датаизм, как всякая успешная религия, занимается миссионерством. Его второе предписание – подсоединять к системе всех и вся, в том числе еретиков, не желающих подключаться. Причем «всех и вся» означает не только людей. Это означает вообще ВСЁ – и наши тела, и машины на улице, и холодильники на кухне, и кур в курятниках, и деревья в лесу. Абсолютно всё должно быть подключено к Интернету Всех Вещей. Холодильник будет вести учет яиц в контейнере и сообщать курятнику о необходимости очередной поставки. Машины будут переговариваться друг с другом, а деревья в лесу передавать отчеты о погоде и об уровне углекислого газа. Ни одну часть Вселенной нельзя оставить вне связи с великой паутиной жизни. И не будет греха страшнее, чем блокировать поток данных. Что такое смерть, если не состояние, в котором информация не передается? Поэтому датаизм превозносит свободу информации как величайшее из всех благ.

Людям редко удается придумать для себя совершенно новую ценность. В последний раз это случилось в XVIII веке, когда гуманистическая революция стала проповедовать волнующие идеалы свободы, равенства, братства. С 1789 года, несмотря на множество войн, революций и потрясений, люди не сумели придумать ни одной новой ценности. Все последующие споры и битвы велись во имя либо гуманистических, либо еще более давних ценностей вроде послушания Богу или служения нации. Датаизм – первое с 1789 года движение, породившее действительно новую ценность – свободу информации.

 

Ее не следует путать со старой либеральной ценностью – свободой слова. Свобода слова была дана людям и защищала их право думать и говорить что им хочется, а также право держать язык за зубами, а мысли при себе. Свобода информации, напротив, дается не людям. Она дается самой информации. Более того, эта новоявленная ценность вполне может столкнуться с традиционной человеческой свободой слова, поставив право информации беспрепятственно циркулировать выше права людей владеть данными и ограничивать их распространение.

 

 

Чтобы убедить скептиков, датаистские миссионеры неустанно твердят о громадных преимуществах свободы информации. Так же как капиталисты верят в то, что основой всего хорошего является экономический рост, так датаисты убеждены, что основой всего хорошего, включая и экономический рост, является свобода информации. Почему США развивались быстрее, чем СССР? Потому что в США свободнее циркулировала информация. Почему американцы здоровее, богаче и счастливее, чем иранцы и нигерийцы? Благодаря свободе информации. Словом, хочешь улучшить мир – дай полную свободу данным.

 

Google способен выявлять новые эпидемии быстрее, чем структуры традиционного здравоохранения. Но при одном условии: если мы откроем ему доступ в наше информационное пространство.

Свободный поток информации может также помочь приостановить загрязнение и расточительное использование земли – путем, например, рационализации транспортной системы. В 2010 году число личных автомобилей в мире перевалило за миллиард и продолжает расти. Эти машины загрязняют планету и тратят колоссальные природные ресурсы, в частности вынуждая расширять дороги и множить парковки. Люди настолько привыкли к удобству личного транспорта, что вряд ли удовлетворятся автобусами и поездами. Однако датаисты утверждают, что на самом деле людям нужна мобильность, а не личное авто и что хорошая система обработки данных предоставит им эту мобильность гораздо дешевле и эффективнее.

 

У меня есть личный автомобиль, но большую часть времени он простаивает на парковке. В обычный день я сажусь в него в 8:04 и полчаса еду до университета, где оставляю его на стоянке на весь день. В 18:11 я снова сажусь в машину, полчаса еду домой, и все. Таким образом, я пользуюсь своей машиной всего один час в день. Тогда зачем держать ее еще двадцать три часа? Почему не создать автопул, управляемый компьютерными алгоритмами? Компьютер будет знать, что мне необходимо выехать из дома в 8:04, и подаст ближайший беспилотный автомобиль к этому времени. После того как беспилотник доставит меня до университетского кампуса, он не будет пылиться на парковке, а сможет выполнять другие задачи. В 18:11, когда я выйду из университетских ворот, меня заберет и отвезет домой другая машина. Таким образом, 50 миллионов общественных беспилотников сумеют заменить один миллиард личных машин, к тому же отпадет нужда в огромном количестве дорог, мостов, туннелей и парковок. Все это также, разумеется, при условии, что я позволю алгоритмам постоянно следить за тем, где я нахожусь и куда намерен отправиться.

 

11 января 2013 года датаизм обрел своего первого мученика. Аарон Шварц, двадцатишестилетний американский хакер, покончил с собой в своей квартире. Шварц был на редкость одаренным – в четырнадцать лет он уже участвовал в разработке протокола RSS. А еще он свято верил в свободу информации. В 2008 году он опубликовал «Партизанский манифест об открытом доступе», в котором страстно ратовал за свободное и безграничное распространение информации.

 

Шварц писал: «Мы должны брать информацию везде, где бы она ни хранилась, делать копии и делиться ими с миром. Мы должны брать не защищенные авторским правом материалы и добавлять их в архив. Мы должны покупать секретные базы данных и размещать их в интернете. Мы должны скачивать научные журналы и выкладывать их в файлообменники. Мы должны вести борьбу за Партизанский открытый доступ».

 

У Аарона Шварца слово не разошлось с делом. Его возмутило то, что цифровая библиотека JSTOR взимает плату с читателей. JSTOR хранит миллионы научных работ и статей и верит в свободу слова ученых и редакторов журналов, которая подразумевает свободу взимать гонорар за чтение своих трудов. По мнению JSTOR, если я хочу запросить плату за собственные идеи, то вправе это сделать. Шварц считал иначе. Он верил, что информация хочет быть свободной, что идеи не принадлежат их авторам и что неправильно держать данные под замком и допускать к ним за плату.

,0     Через компьютерную сеть Массачусетского технологического института он получил доступ в JSTOR и скачал сотни тысяч научных работ, которые собирался слить в интернет, чтобы их свободно читал каждый.

Шварца арестовали и судили. Поняв, что ему грозит тюремное заключение, он повесился. Интернет-активисты отреагировали петициями и атаками на правительственные и академические институты, преследовавшие Шварца и посягающие на свободу информации. JSTOR извинилась за свою роль в трагедии и открыла бесплатный доступ ко многим, хотя и не всем, своим ресурсам.

 

Датаизм, история и политэкономия

С точки зрения датаистов, весь род человеческий можно интерпретировать как систему обработки данных, где каждый человек – ее микропроцессор. Если так, то историю можно воспринимать как процесс повышения эффективности этой системы четырьмя основными способами:

 

  1. Увеличение числа процессоров. Город со стотысячным населением обладает большей вычислительной мощностью, чем деревня с тысячью жителями.
  2. Увеличение разнообразия процессоров. Разные процессоры могут применять разные методы подсчета и анализа данных. Использование нескольких видов процессоров в одной системе может повысить ее динамичность и креативность. В разговоре крестьянина, священника и врача могут родиться новые идеи, которые никогда не возникнут при общении трех охотников-собирателей.
  3. Увеличение числа связей между процессорами. Нет смысла наращивать количество и разнообразие процессоров, если они будут слабо связаны между собой. В десяти городах, объединенных торговой сетью, наверняка появится намного больше экономических, технологических и социальных новшеств, чем в десяти изолированных городах.
  4. Увеличение свободы движения по существующим каналам связи. Соединение процессоров бесполезно без наличия свободного обмена данными между ними. От наличия дорог между десятью городами вряд ли будет толк, если тиран-параноик запретит купцам и путешественникам ездить, куда они захотят.

 

Эти четыре способа часто входят в противоречие. Чем многочисленнее и разнообразнее процессоры, тем труднее установить между ними свободную связь. Поэтому формирование человеческой системы обработки данных прошло четыре основные стадии, каждая из которых характеризовалась опорой на свой способ.

Первая стадия началась с когнитивной революции, позволившей соединить массы представителей вида Homo Sapiens в единую сеть обработки данных. Это дало Человеку Разумному решающее преимущество перед всеми другими видами людей и животных.

Вторая стадия началась с аграрной революции и продолжалась до изобретения письменности и денег около пяти тысяч лет назад. Третья стадия продолжалась до начала научной революции.

четвертой, последней стадии истории, которая началась около 1492 года. Исследователи, завоеватели и купцы были теми, кто протянул первые тонкие нити вокруг земного шара.

Когда различные человеческие группы слились в одной глобальной деревне, каждая принесла с собой свое уникальное мышление, инструменты и обычаи. Наши современные кладовые наполнены зерном с Ближнего Востока, картофелем из Анд, сахаром из Новой Гвинеи и кофе из Эфиопии. Также и наши язык, религия, музыка и политика изобилуют «фамильными ценностями» со всей планеты.

Датаизм крепко-накрепко укоренен в породивших его дисциплинах: информатике и биологии. Причем более важной из двух является биология. Организмы являются алгоритмами: то есть жирафы, помидоры и люди – это способы обработки данных, просто разные. Такова современная научная догма и сейчас она меняет наш мир до неузнаваемости.

 

В соответствии с этим взглядом, рыночный капитализм и государственный коммунизм – это не конкурирующие идеологии, этические убеждения или политические институты, а конкурирующие системы обработки данных. Капитализм пользуется распределенной обработкой, в то время как коммунизм делает ставку на централизованную. Капитализм обрабатывает данные, связывая всех производителей и потребителей напрямую и позволяя им свободно обмениваться информацией и принимать независимые решения.

Было подсчитано, что пятнадцати минут биржевых торгов достаточно, чтобы оценить влияние заголовка передовицы Te New York Timesна котировки большинства акций.

 

Соображения, связанные с обработкой данных, объясняют и причину, по которой капиталисты ратуют за низкие налоги. Высокие налоги означают, что солидная часть всего доступного капитала сосредоточивается в одном месте – в сундуках государства – и, следовательно, возрастает число решений, принимаемых одним-единственным процессором, а именно государством. Это создает излишне централизованную систему обработки данных. Но когда почти все решения принимает один процессор, его ошибки могут привести к катастрофе.

 

Такой крайний случай, когда все данные обрабатываются и все решения принимаются одним центральным процессором, называется коммунизм. Капитализм выиграл холодную войну потому, что распределенная обработка данных работает лучше, чем централизованная, по крайней мере в периоды ускорения технологических изменений.

Политологи тоже все чаще говорят о политических структурах как о системах обработки данных. Аналогично капитализму и коммунизму, демократии и диктатуры являются по существу конкурирующими механизмами сбора и анализа информации. Диктаторские режимы используют централизованные методы, а демократии предпочитают распределенные. В последние десятилетия демократии вырвались вперед, так как в уникальных условиях конца XX века распределенная обработка данных оказалась эффективнее.

 

Нынешние демократические структуры не умеют собирать и обрабатывать значимые данные достаточно быстро, а масса избирателей не ориентируется в биологии и кибернетике достаточно хорошо для того, чтобы сформировать более или менее адекватное мнение. Поэтому традиционная демократическая политика теряет контроль над происходящим и бессильна представить нам осмысленное видение будущего.

Рядовые избиратели начинают чувствовать, что демократические механизмы больше не наделяют их полномочиями. Мир вокруг меняется, а они не понимают как и почему. Власть уплывает от них, но им неясно куда. Британским избирателям кажется, что власть ушла в Евросоюз, поэтому они голосуют за Брекзит. Американские избиратели полагают, что всю власть захватил истеблишмент, поэтому поддерживают несистемных кандидатов типа Берни Сандерса и Дональда Трампа. Печальной правдой является то, что никто не знает, куда подевалась власть. И ее не вернет рядовым избирателям ни выход Британии из Евросоюза, ни неординарное президентство Дональда Трампа.

 

Критика датаизма как религии

Датаизм считается религией будущего, но его зародыши уже сегодня вызывают все больше беспокойства в обществе. Хотя бы потому, что интернет заменил одну из функций религии – компенсаторную, то есть стержень, который служит опорой вечно страждущему и сомневающемуся человеку. Особенно это заметно в молодежной среде, в неокрепших душах. Вместо любви им достаточно сотни лайков, вместо священника их исповедь выслушают форумчане, а наставит на путь истинный коучер в вебинаре.  Ценность человека стала определяться его активностью в интернете: «не запостил, значит, не было». Подключенность к сети становится источником смысла, а отсутствие интернета — катастрофой. Люди растворяются в информационном потоке, потому что начинают ощущать себя  частью чего-то неизмеримо большего, чем они сами. Двадцать лет назад японские туристы, не выпускавшие из рук фотокамер и щелкавшие все, что попадало на глаза, были всеобщим посмешищем. Теперь так делают все.

Если разобраться, Харари ничего нового не открыл, ведь сегодня все ученые  смотрят на организмы как на биохимические алгоритмы. Пятая симфония Бетховена, пузырь на фондовом рынке и вирус гриппа – три разновидности потока данных. Их можно проанализировать при помощи одних и тех же базовых понятий и инструментов. Идея, конечно, исключительно привлекательная, но не новая.

Идея о том, что и человек – это совокупность алгоритмов, и его вполне можно заменить путем создания искусственного интеллекта, озвучена Н. Винером еще в 1940-х гг. Из недавних книг стоит обратить внимание на работы Р. Курцвейла [1] и Н. Бострома [2]. Аналогично с идеей, согласно которой свободы воли не существует [3; 4]. Отечественная наука может похвастаться анализом военной «девальвации» граждан, которая может быть одной из причин упадка демократических институтов Запада после войны [5]. Харари объединил то, что либо бытовало  в узких академических кругах, либо ограничивалось одним небольшим предметом обсуждения. Его заслуга — помещение трансгуманистических баек в общий исторический контекст эволюции человека от примитивных существ до «величайшего» Homo Deus.

Харари рассматривает крах гуманизма исключительно как крах именно либерального гуманизма. Тот же социалистический гуманизм Харари отбрасывает уж слишком быстро. Во-первых, социализм якобы проиграл, потому что проиграла плановая экономика, — то есть он отождествляет социализм и плановую экономику («крайний случай, когда все данные обрабатываются и все решения принимаются одним центральным процессором, называется коммунизм». С другой стороны, он считает, что социализм основывается на коллективизме («для социалистов носителем человеческого является коллектив, а не отдельная личность». Короче говоря, для Харари идеальным воплощением социализма является ранний Советский Союз. И если тот плох и уродлив, тогда плох и уродлив социалистический гуманизм. Харари, похоже, просто не в курсе, что современный социалистический гуманизм – это скорее борьба за освобождение личности от вынужденного труда, за свободный досуг и беспрепятственную самоорганизацию свободных творцов без ограничений вроде нужды в повседневных материальных благах или, например, действия авторского права, сковывающее распространение знания [6; 7; 8].

Харрари почему-то игнорирует тот факт, что симфонии нейросети осваивают именно по человеческим произведениям. Именно поэтому программы Д. Коупа генерируют музыку в стиле Вивальди, Бетховена и т.п. [9].

Но важнее другое: музыка, сочиняемая компьютером, не выражает человеческие эмоции. К тому же это имеет смысл только с точки зрения потребностей человека: не факт, что разумный компьютер сам по себе стал бы сочинять музыку или она бы имела для него то же значение, что и для человека. Поэтому сравнивать человеческие и компьютерные способности в сочинении музыки – дело бессмысленное.

Люди сегодня и так уже практически киборги (если рассматривать смартфоны или автомобили как продолжение тела), но это не изменило нашего отношения к тем же поэмам Гомера. Пока человек является смертным существом, способным испытывать эмоции, в его идентичности принципиально ничего не изменится. Но ничего бессмертного не существует (и за миллионы лет вероятность гибели от несчастного случая или накопления «критических ошибок» даже самого «неуязвимого» существа будет, по всей видимости, стремится к максимальной), а без любви и ненависти жизненный мир человека моментально стал бы безликим и до безумия скучным. Поэтому человечеству нужно лишь разумно подходить к выбору целей своей «модернизации» (соотнося их с целями сообщества!) Наиболее разумно допустить только такие изменения в организме человека, которые он сам бы мог бы в любое время отменить. Тогда предпочтение стоит отдать именно технологическим усовершенствованиям (когда я могу в любой момент снять «шлем величия» и насладиться обыкновенным человеческим счастьем), а не, скажем, генной инженерией человека, которая имеет необратимые последствия  [10].

 

Что же касается отсутствия свободы воли или единого непротиворечивого «Я», то это, действительно, серьезный удар по либеральному гуманизму, которому свойственно поклоняться отдельному индивидууму, следующему «за своей мечтой» и «слушающему свое сердце». Но с персоналистской точки зрения личность – это неповторимая часть социального целого. Настоящее «Я» прячется не в сердце и не в таинственных глубинах души, а выстраивается в процессе творческой деятельности, милосердия, соучастия, вовлечения. Личность – это не то, что я сам о себе думаю, но то, что обо мне думают, это мой след в истории общества в целом, локального сообщества или семьи [11].

 

Приводимые Харари свидетельства роста популярности датаизма мало убеждают в обреченности гуманизма. В 2016-2017 гг. социологи Московского гуманитарного университета опросили 733 человека в возрасте до 30 лет. Только 44,9 % молодых людей поддержали идею улучшения тела имплантами и 45 % — достижение неограниченного долголетия. Еще менее популярными оказались идеи искусственного размножения (33,3%) и распределения личности человека в нескольких телах – биологическом и технологическом (распределенная индивидуальность) (24,6 %) [12].

 

По поводу того, что в будущем самосовершенствующиеся алгоритмы захватят пространство и отправят человека на свалку истории. По сути, это логика мазохиста. А видный противник трансгуманистических идей В.А. Кутырев сказал бы, что так мыслить может только зомби: «Это представители когнитивно-информационного знания, обитающие все больше в виртуальной реальности. Их мышление полу- или полностью формализовано, оцифровано, они обходятся без обращения к смыслу вообще… Через них мыслит “Иное”. Это Homo digitalis эпохи трансмодерна, которая, в отличие от времени Постмодерна, не “после”, не изживает, а переступает через человека» [13].

 

Допустим, мир — это поток данных. Как это утверждение соотносится с какими бы то ни было моральными ценностями? Главная цель личности – не потреблять и не получать максимум удовольствия, но преобразовать мир, в творчестве уподобиться Богу.

Личность живет с осознанием смысла и своего предназначения. Она устремлена в вечность, она непредставима без надежды. Но эта вечность имеет для личности смысл, если есть диалог поколений, если будущее человеческой цивилизации будет всегда обращаться к прошлому, а прошлое – устремляться в будущее.

 

Еще одна проблема – всё больше решений будет приниматься за нас алгоритмами, чью логику мы обычно плохо понимаем. Сегодня навигатор определяет маршрут. Известны совершенно реальные комичные случаи, когда люди в реку заезжали, слепо доверяя навигатору. Завтра ИИ будет за нас вести машину и решать, в случае возникновения плохой ситуации на дороге, сбивать ли выскочившего перед машиной ребёнка или свернуть на встречку под грузовик.

Человек, создавая роботов, так и не смог научить искусственный интеллект отделять плохое от хорошего.  Роботизация доходит до абсурда: в Германии впервые робот заменил священнослужителя в церкви. Робот приветствует пользователя и предлагает выбрать голос и тип благословения. После этого он воздевает руки к небесам и произносит: «Бог да благословит и защитит тебя». Затем звучит изречение из Библии, которое при желании можно распечатать.
Началось все с невинного допущения использовать мобильные телефоны и приложения социальных сетей в храмах – для облегчения поиска информации, например, той же электронной Библии. Последствия получились более глобальными – люди чувствуют все меньше потребности заходить в храм, когда все можно найти на экране компьютера или телефона. «Люди стремятся получить более личный религиозный опыт», — утверждает Хайди Кэмпбелл из Техасского университета A&M (США), которая изучает взаимодействие религии и цифровой культуры.
Уже стали реальностью такие «церкви», как Пастафарианская (Летающего Макаронного Монстра), Церковь Диего Марадоны, церкви бекона и креативности, религия нации Яхве и многие другие. Причин возникновения таких экзотизмов две: протест против традиционных религий и их претензий на вмешательство в повседневную жизнь государств, усталость от существующих религиозных форм, а также формализация маргинальных и запрещенных идеологий (например, расизм).

Таким образом, напрашивается вопрос: можно ли назвать датаизм новой религией будущего или это так называемый функциональный эквивалент, как, например, общество анонимных алкоголиков, психотерапия, трансцендентальная медитация или политическая партия. Некоторые функциональные эквиваленты с трудом можно отличить от собственно религии. К примеру, у коммунизма есть свои пророки (Маркс и Ленин), свои священные писания (труды Маркса, Энгельса и Ленина, “Манифест Коммунистической партии”), свои верховные священнослужители (главы Коммунистической партии), святыни (тело Ленина, выставленное в Мавзолее на Красной площади), ритуалы (ежегодный парад на Красной площади) и даже свои мученики (например, Лазо, Пархоменко). В годы воинствующего атеизма были попытки заменить обряды крещения и обрезания новыми социальными ритуалами посвящения младенца государству. Коммунистическая партия разработала также свои ритуалы бракосочетания и похорон.

Еще одна важная цивилизационная причина переосмысления религии в будущем связана с прогрессом медицинских технологий – жизнь не только становится длиннее и качественнее, ученые всерьез задумываются о технологиях бессмертия, что, несомненно, подрывает устои традиционных религий, как и смена пола.

«В будущем же может оказаться возможным все, в том числе и киборгизация, и загрузка сознания, и переселение в виртуальную реальность, и еще более экзотические варианты», – прогнозирует Игорь Валентинович Артюхов – биофизик, директор по науке компании “КриоРус” и член координационного совета и один из основателей Российского трансгуманистического движения.

Другие эксперты пессимистически оценивают потенциал трансгуманистических воззрений: «Трансгуманизм — это то, что делается от полной безнадежности. Это откровенная попытка сказать, что homo sapiens уже никуда не годен, он уже абсолютно проиграл соревнование с собственными творениями и наша последняя надежда — на homo super, на сверхчеловека» (футуролог Сергей Переслегин). В то же время идея сверхчеловека накладывается на проблему перенаселения планеты в ближайшем будущем и появления класса «лишних» людей (что также связано с роботизацией производства).

Заведующий отделением ЛФК и клинической биомеханики ФГБУ «НМИЦ РК» Минздрава России профессор Михаил Еремушкин сравнивает датаизм со строительством новой Вавилонской башни и указывает на главное отличие Homo Sapience от Homo Deus – милосердие, отличающее человека и христианина.
Что бы ни произошло в будущем, человек будет нуждаться в опоре на духовные и моральные ценности, иначе он деградирует и вымрет. Вымрет не от того, что его заменит искусственный интеллект, а от бездуховности.

Для нас, ныне живущих, имеет смысл только то, что мы можем сказать и сделать для людей, а не для абсурдных сверхэффективных машин, способных поглощать не понятно во имя чего энергию.

Ведь датаисты не объясняют, что будет с населением отдельно взятого города, если ВДРУГ пронесется ураган и не будет электроэнергии, питающей вышки мобильной связи, серверы и кластеры. Нет света – нет интернета. В результате – массовый суицид?

_______________________________________________________________________

  1. Курцвейл Р.Эволюция разума. М.: Издательство «Э», 2016.
  2. Бостром Н.Искусственный интеллект. Этапы. Угрозы. Стратегии. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2016.
  3. Gazzaniga M. S. Who’s in Charge?: Free Will and the Science of the Brain. New York: Ecco, 2012.
  4. Wegner D. M. The Illusion of Conscious Will (The MIT Press). Cambridge, Massachusetts: A Bradford Book, 2003.

5.Фишман Л.Г. Происхождение демократии («Бог» из военной машины). Екатеринбург: РИО УрО РАН, 2011.

  1. Бриньолфсон Дж., Макафи Э.Вторая эра машин. М.: Neoclassic, АСТ, 2017.
  2. Бузгалин А. В.Креативная экономика: частная интеллектуальная собственность или собственность каждого на все? // Социологические исследования. 2017. № 7. С. 43-53.
  3. Горц А.Нематериальное. Знание, стоимость и капитал. М.: ГУ-ВШЭ, 2010.
  4. Кондрашов П.Н.Философия Карла Маркса: Экзистенциально-антропологические аспекты. М.: URSS, 2019.
  5. David Cope Emmy Vivaldi / YouTube. — https://www.youtube.com/watch?v=2kuY3BrmTfQ
  6. Давыдов Д.А.Есть ли смысл в транс/постгуманизме? // Философия хозяйства. 2018. № 3. С. 173-189.
  7. Давыдов Д.А. Обреченный гуманизм? Размышляя над книгами Ю.Н. Харари «Sapiens» и «Homo Deus».
  8. Луков В. А.Российская молодежь о биотехнологических проектах «улучшения» человека // Социологические исследования. 2018. № 4. С. 73-81.
  9. Кутырев В.А.Они идут… встречайте! (об антропологической инволюции техногенной цивилизации) // Философия хозяйства. 2018. №1. С. 218-226.

 


Наводнение или Наполеон: Что помешало Луганску стать Славяносербском

Читать далее

Запутанная история, произошедшая с городом Славяносербском на заре XIX века.

Бывают же топонимо-геральдические казусы! Славяносербск – так в память о его отцах-основателях должен был называться уездный город на Лугани со свежепостроенным пушечным заводом. Ему и герб придумали соответствующий: «Въ верхнемъ, золотом поле, шишакъ серебряный, принадлежащий Славяносербскому народу въ память тамъ начальнаго его поселенія. А въ низу въ красном поле две чугунныя пушки крестом поставленные въ знак соседственнаго тамъ Луганскаго литейнаго завода». Герб высочайше утвержден 29-го июля (2 августа по н.с.) 1811 года Императором Александром I и по сей день красуется на виртуальных воротах Славяносербска, где никаких пушек отродясь не лили.

В те времена цари тасовали уезды и губернии, как колоду карт, да и самих императоров сменилось трое. Неразбериха с датой рождения Славяносербского уезда продолжается до сих пор. Дело в том, что изначально Славяносербском планировали назвать совершенно новый город и сделать его уездной столицей, даже составили проект, однако… рисовали на бумаге, да забыли про овраги.

Отцы-основатели

Подгорное – Донецк – Славяносербск лежит на берегу Северского Донца, где меловые откосы почти лишены растительности. Недаром есть местное название – Белогорье. В средние века встречалось другое – Аланские горы. В интернете за право называться основоположниками Подгорного борются казаки и сербы. Хотя в дописьменные времена здесь жили киммерийцы, скифы, аланы, хазары, половцы – и это еще не все. Археологи раскопали курганы с захоронениями эпохи поздней бронзы.

О том, что Славяносербск (Подгорное) основан сербами, говорится в словаре Брокгауза и Эфрона и даже в Большой Советской Энциклопедии. В учебнике «История Луганского края» (2003 г.) написано, что «Славяносербск основан 6-й ротой конного гусарского полка Ивана Шевича в 1753 г. на правом берегу Северского Донца при озерах Кривом и трех Подгорных». По правде говоря, здесь размещалась не шестая, а 8-я рота, которая никогда не меняла своей нумерации (в отличие от Каменного Брода, Вергунки и других рот). Во-вторых, впервые поселение упоминается в документах чуть раньше. Преподобный Феодосий Макаревский в «Материалах для историко-статистического описания Екатеринославской Епархии. Церкви и приходы прошедшего XVIII столетия» сообщает, что еще в 1740 году здесь жили «зимовниками и хуторами запорожцы, имели походную церковь Покрова Божьей матери и при ней иеромонаха Самарского монастыря». Дата 1753 тоже сомнительна, ибо лишь в мае этого года вышел Сенатский указ об образовании Славяносербии, а гусарские полки Йована Шевича и Райко Депрерадовича заехали в эти места не раньше лета 1754-го. Так что год 1753-й с чистой совестью можно назвать датой основания Славяносербии, но никак не Славяносербска.

Как следует из «Ведомости… обо всех состоящих в бывших Прерадовичевом и Шевичевом полках ротах…» от октября 1764 года, «сначала селение обзаводилось старанием покойного капитана Степана Сабова, а в нынешнее состояние приведено сыном его капитаном Василием Сабовым». Семья Сабовых прибыла в Россию в 1752 году в полном составе. В списке офицеров гусарского полка генерала Шевича за май 1754 года значится сербский капитан Степан Сабов 59 лет, женат, три сына: Лазарь, Василий, Иван. Поручику Лазарю Сабову на тот момент был 31 год, он прибыл с женой и сыном. 26-летний прапорщик Василий Сабов был вдов, но с двумя сыновьями. Что касается Ивана, то он скорее всего был малолетним. Фигурирует в списке еще рядовой Янко Сабов 43 лет, женат, детей нет. С одной стороны, он может быть братом Степана, но тогда он вряд ли был бы рядовым. А однофамильцев в полках Шевича и Депрерадовича было довольно много.

Восьмая рота была немногочисленна: военнослужащих – 44, заступающих – 46, «мужеска» – 46, «женска» – 112. Всего – 244. В отличие от других рот (например, во 2-й роте – шанец Вергунский: военнослужащих – 83, заступающих – 48), в Подгорном число военнослужащих и заступающих почти равно. Так что в случае войны в поход выступали все мужчины шанца Подгорного: 44 гусара плюс два гражданских, скорее всего, священника.

Согласно императорскому указу, граничары должны были не только защищать рубежи от набегов крымских татар, которые совершались регулярно, но и участвовать в войнах. Их на долю сербских гусарских полков выпало немало. Сравнивая именные списки разных лет, мы видим, насколько поредели ряды первых переселенцев: одни пали на поле боя, другие вернулись на историческую родину после победы над турками. Два эскадрона из Славяносербии участвовали в Семилетней войне и брали Берлин и Кенигсберг в 1760 году. В составе армии Долгорукова в 1771 году они ходили на Крым. Поручик Петр Лазаревич Сабов был отмечен за умелое командование эскадроном в бою под Гуробалами 31 мая 1773 года. Сербы кровно причастны к первой большой победе Суворова, когда 9 июня 1774 года при Козлуджи с восьмитысячной дивизией он разбил сорокатысячный турецкий корпус. Затем по указу Военной коллегии два эскадрона Бахмутского гусарского полка были направлены для подавления Пугачевского бунта. В 1775 году премьер-майору Бахмутского гусарского полка Ивану Шевичу было поручено сформировать лейб-гусарский эскадрон для личной охраны императрицы Екатерины ІІ. Туда брали только самых рослых и красивых, как на подбор. Остальные вернулись домой и могли получить землю в ранговую дачу в соответствии с воинским званием: например, секунд-майор Василий Степанович Сабов получил три тысячи десятин в районе ручья Долгинького, где и основал Васильевку (ныне в черте Алчевска).

Новоиспеченные помещики должны были основать слободы, заселить их «народом семейным и оседлым, вольным и свободным», платить общую поземельную подать и подушный оклад по рублю с человека. Однако все воинские и государственные поселяне по-прежнему были обязаны в случае войны комплектовать гусарские и пикинерные полки. Согласно переписи 1778 года, среди так называемых воинских селений еще фигурирует 8-я рота шанца Подгорного, а среди отведенных дач значится владельческое селение капитана Сабова на реке Белой.

Среди жителей Азовской губернии числится 1040 сербов (592 мужчин и 448 женщин), 9 балканцев, 7 македонцев, 10 словенцев. Стоит сказать, что в числе основателей Славяносербии в 1754 году в полках Шевича и Депрерадовича было 223 серба, без учета женщин и детей. Другие национальности (румыны, молдаване, венгры, болгары, греки) представлены меньше. Начиная с 1783 года, сербские роты «утратили характер иррегулярных поселенных частей» и стали называться казенными селами: Черкасское, Хорошее, Крымское и др.

В 1784 году Подгорное уже называется Донецком – в честь реки. Он уездный город Екатеринославского наместничества, которое объединило Новороссийскую и Азовскую губернии и выделило из Бахмутского уезда Донецкий. В описании к атласу за 1795 год в списке населенных пунктов мы видим деревни (ранговые дачи) представителей семьи Сабовых: Лугобеловку прапорщика И.С. Сабова, Константиновку (жены майора Петра Сабова Елизаветы Константиновны в девичестве Юзбаши, получившей поместье в приданое), Васильевку с тремя мельницами майора В.С. Сабова, Павловку прапорщика П.Л. Сабова и сельцо Журское майора Л.С. Сабова с фруктовым садом, двумя мельницами и винокуренным заводом. В самом Донецке всего 105 дворов и 429 жителей (214 женщин и 215 мужчин).

Исследователь В. Подов утверждает, что существовал план застройки уездного города Донецка. В тексте, пояснявшем план, было сказано: «Сей город полагается вновь устроить на правую сторону реки Северский Донец на возвышенном, пространном и ровном месте, при казенном селе Подгорном, воспринявшем начало своего поселения в 1754 году по высочайшей привилегии, пожалованной славяносербскому народу». Однако плану не суждено было сбыться: Екатерина II умерла, а новый император Павел I принялся кроить Россию по-своему, сократив количество губерний и уездов. В 1797 году Донецкий уезд почил в бозе, а Бахмутский вернул свои владения снова в составе Новороссийской губернии.

Где будет город заложен

Луганска в то время еще не было, а был поселок Луганский завод, да и то одно название. Город ведет свою историю с Екатерининского указа от 14 ноября 1795 года «Об устроении литейного завода в Донецком уезде при речке Лугани и об учреждении ломки найденного в той стране каменного угля». В вышеуказанном описании к атласу за 1795 год мы встречаем лишь казенные села, бывшие роты: Каменка (Каменный Брод), Красное (Красный Яр) и Верное (Вергунка), которые позже окажутся в черте города Луганска. Стоит отметить, что все документы того времени писались от руки, в них много ошибок, описок и намеренной самодеятельности. Из-за этого путаница с топонимами и фамилиями (Сабов-Сабо, Юзбаш-Юзбаша-Юзбаши, Родаков-Радаков, Сентенин-Сентянин, Чутя-Чута-Чютя-Чуть-Чутин-Чутер и проч.)

Лишь весной 1796 года рабочие и мастеровые с Олонецких и Липецкого казенных заводов, плотники и каменщики из Ярославской губернии, арестанты из Херсона, поляки-участники восстания Тадеуша Костюшко начали строительство Луганского завода. Кроме того, царское правительство специально закупило крестьян у помещиков Курской и Тамбовской губерний. К заводу приписаны четыре казенных села: Фащевка, Орехово, Петропавловка и Городище, жители которых были обязаны заниматься добычей и перевозкой угля. В 1797 году Императрица Екатерина удовлетворила просьбу директора завода Карла Гаскойна «купить или меною приобрести 470 душ у помещика Юзбаши; по недостатку земли отделить оную от села Вергунки; леса, по Донцу находящиеся, зачислить в заводскую собственность; перевести с Херсонского завода 280 душ.

4 октября 1800 года была задута первая домна, но изготовленные боеприпасы: ядро, граната и бомба – не прошли испытаний, так как чугун оказался низкого качества. В угле было слишком много серы, что делало чугун хрупким. Луганский завод лил пушки и ядра из чугуна с так называемых Сибирских заводов на Урале, работавших на древесном угле. До конца своей жизни Гаскойн пытался наладить производство чугуна на местных слабококсующихся углях, но это уже другая история.

С 1801 года в России – новый император Александр I, и новая административная реформа. В 1802-м узаконена Екатеринославская губерния. Что касается Славяносербского уезда, то встречаются практически равнозначные даты его основания: 1802-й и 1806-й. Однако «Месяцеслов (или адрес-календарь – Авт.) с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи», который выпускался ежегодно, указывает нам другую дату.  В 1802—1807 гг в месяцеслове нет ни Донецкого, ни Славяносербского уезда. Есть Бахмутский. Славяносербский появляется в 1808 году. Значит, датой его основания стоит считать 1807-й. В архивах найден «План уездного города Славяносербска, представляющий местоположение оного. Катеринослав. 1807 год». Электронная копия находится в свободном доступе в Президентской библиотеке им. Б. Ельцина. На план-карте мы видим вовсе не Донецк (Подгорное), а Луганск! На правом берегу реки Лугань – «Строение Луганского литейного завода», на левом — узнаваемый Каменный Брод с церковью деревянной, уездным и земским судами, городской полицией, хлебными магазинами, обывательскими строениями, мостами и кладбищем. В левом углу – описание плана с условными обозначениями.

В правом – «Города Славяносербска вновь прожектированный план деревянным строениям из 30-ти кварталов и 3-х площадей на 300 дворов составленный». Далее идет описание кварталов, площадей и зеленой зоны. Да-да, при речке Лугань оставлены места для садов и огородов. От центральной площади с церковью отходят лучи улиц с гостиными и мелочными рядами, присутственными местами, домами священнослужителей, купцов, мещан, разночинцев. Прорисованы две площади для торгов и ярмарок. Новый город планировался восточнее Каменного Брода. Под планом 11 февраля 1808 года император собственноручно написал: “Быть по сему. Александр.”

Но Славяносербск-на-Лугани так и остался нарисованным на бумаге. Первая причина — участие России в войнах с Наполеоном, вторая — наводнение 1809 года. Генерал-губернатор Новороссийского края, состоявшего тогда из трех губерний: Херсонской, Екатеринославской и Таврической – Арман де Ришелье доносил императору: “Сверх наводнения в городах Новомосковске, Павлограде и Бахмуте, о коем объяснялся я за вторую половину марта, случилось оное в городе Славяносербске. 21 марта бывший через реку Лугань мост разнесло до основания, а 23-го затопило там же поселенских домов двадцать шесть, у одиночных из них размыты печи, присбы и разнесена ограда. Подмыт и разнесен винного откупщика подвал и затопило все назначенное по плану дня застройки города место”. Из этого письма понятно, какой именно город именуется Славяносербском. Министр внутренних дел России князь Куракин отписал губернатору: “Ознакомившись с донесением, царь изволил сообщить, чтобы избрано было другое какое-либо место для города, не подверженное наводнению”.

В Европе шла война с Наполеоном, в которой участвовала Россия. Губернская власть отдала на откуп местным элитам принятие решения, куда перенести Славяносербск. Краевед Подов пишет в своей книге «Легенды и мифы Донбасса»: «Екатеринославский губернатор предложил предводителю уездного дворянства помещику Сабо, а также земскому исправнику и городничему запросить казенные селения и горожан: согласны ли они на перевод города Славяносербска в заштатный город Донецк». Среди предложений были еще Городище и тот же Луганский завод, но подальше от реки. После прений решили пойти по пути наименьшего сопротивления и вернуть столицу уезда в Донецк. Однако центральной власти было по-прежнему недосуг. Началась Отечественная война 1812 года, затем страна восстанавливалась после нашествия. Лишь 27 ноября 1817 года Комитет Министров заслушал записку Санкт-Петербургского генерал-губернатора о переводе города Славяносербска в Донецк и об утверждении плана г. Донецка. Подписанный императором указ Правительствующему сенату гласил: “По местному неудобству города Славяносербска Екатеринославской губернии, подверженного наводнениям, повелеваю перевести оный город в Донецк той же губернии, переименовав сей последний в Славяносербск. Александр.” Выходит, что до 1817 года все уездные присутственные места оставались в Камброде?

Интересно, что Славяносербский уезд существовал вплоть до 1919 года, а Луганского не было никогда, хотя с 3 сентября 1882 года уездным центром стал город Луганск, который до того был всего лишь поселком по имени Луганский Завод. А город Славяносербск называется так и поныне.

Что касается семьи Сабовых, то они в некоторых документах (примерно с 1787 г.) чудесным образом стали именоваться Сабо. Несмотря на то, что их родство и преемственность легко прослеживается по различным статистическим сборникам, некоторые считают, что это разные люди. В книге Подова, где упоминается предводитель уездного дворянства Сабо, речь идет, конечно же, о Николае Васильевиче Сабове, внуке Степана Сабова — основателя 8-й роты, или шанца Подгорного.

 


Сербский след на карте ЛНР

Читать далее

Луганск основали сербы. Так считают не только они сами, но и компетентные источники, российские, украинские, сербские. Знаменитый защитник Новороссии четник Братислав Живкович заявил в интервью RuSerbia.com, что Луганск – сербский город. Доля правды в этом есть: за полвека до официального рождения города (1795 г.) в Вергунке, Каменном Броде и Красном Яру располагались целых три роты (из десяти) сербского гусарского полка Йована Шевича. Чье имя носил отряд сербских добровольцев, прибывших защищать Славяносербию. Как автономное административное образование в составе Российской империи она просуществовала примерно 10 лет (1753-1764), потом вошла в Новороссийскую губернию. Интересно, что Славяносербия находится в основном в границах Луганской Народной Республики, частично — Донецкой. Десятки населенных пунктов Донбасса действительно обязаны, если не рождением, то развитием именно сербам.

Пишут историю и рисуют карты живые люди, а им свойственно фантазировать и не нарочно ошибаться. Так в летописях появляются искаженные факты, перекрученные фамилии, неоднозначные топонимы. Одни историки утверждают, что побережье Северского Донца в начале XVIII века принадлежало запорожцам, другие – что донским казакам, третьи – что после подавления Булавинского восстания и постоянных набегов крымских и ногайских татар здесь осталось поистине Дикое поле. Правы все, ведь четких границ действительно не было, и на окраине Российской империи можно было встретить и хутора беглых крестьян, и зимовники запорожцев, и казачьи слободы. Навести порядок и вдохнуть новую жизнь в эти малолюдные места были призваны выходцы с Балкан, принявшие подданство России, спасаясь от притеснений Османской Порты. Если быть точными, Сербский гусарский полк еще в 1729 году стоял на защите южных рубежей Российской империи под Изюмской (Харьковская обл.) и Торской (Бахмут Донецкой обл.) крепостями.

В истории Луганщины Славяносербский период начался с выхода Сенатского указа от 29 мая 1753 года, которым предписывалось создание так называемой ланд-милиции для охраны границ России от турок. В составе гусарских полков числились представители разных национальностей, но возглавляли их именно сербские офицеры: Йован Шевич и Родион (Райко) Депрерадович (де Прерадович). В междуречье Северского Донца и Лугани появилось 20 шанцев (рот). Символично, что 250 лет спустя они снова оказались на рубеже, но теперь не Славяносербии, а Луганской Народной Республики: Пришиб, Калиново, Крымское, Желтое, Красный Яр.

Ротами в современном понимании их можно назвать с большой натяжкой. В именном списке за май 1754 года под началом генерал-майора Шевича числилось всего 278 человек, из них рядовых гусар — 164. В полку Депрерадовича было и того меньше — 196, из них 97 рядовых. Это один из первых документов, где указаны на только чины офицеров, но их возраст, год вступления в отряд, национальность и состав семьи. Списки говорят о многонациональном составе полков: большинство, конечно, сербы, но есть македонцы, цесарцы, болгары, словенцы, венгры, волохи, молдаване, трансильванцы, турки, евреи. Встречаются украинские и русские фамилии. Причем их носят турки, татары, шведы, принявшие нашу веру. Например: Кирила Миненко — 32 — 1753 — татарской — женат, детей нет, или Василь Петров — 33 — 1754 — шведской, крещен в православное вероисповедание — женат, 5 сыновей.

В «команде» Шевича значится 30-летний сербский капитан Семион Пишчевич. Написанные им мемуары послужили основой для романа «Переселение» классика сербской литературы Милоша Црнянского. В конце автор сожалеет об исчезновении всех следов переселившихся сербов. Однако это не так.

Спросите у любого жителя ЛНР, и окажется, что он либо сам серб в восьмом поколении, либо лично знает одного из них. У меня, например, есть знакомый, чья мама носила фамилию Миокович. Известный политик Наталья Поклонская говорит, что ее предки из Сербии. Это неудивительно, ведь она родилась в Алексеевке, входившей в советские времена в Михайловский сельский совет Перевальского района. В Михайловке сохранилась одна из немногих действующих церквей, построенных сербами. На стене южного придела храма сохранились письмена: «Состроена Авраамомъ и Исаакомъ Мiоковичами 1787 г.». С северной стороны здания – другая надпись: «Перестроена Павломъ и Михаиломъ Миоковичами» (в 1824 году). Пожалуй, церковь – единственное материальное свидетельство пребывания сербов на этой земле. Даже священнику о судьбе Миоковичей ничего не известно. От помещичьей усадьбы осталась лишь черно-белая фотография в интернете. На мою просьбу показать хотя бы место, где стоял дом, местные жители махнули рукой: там уже ничего нет. Согласно архивам, сыновья первых сербских поселенцев Ивана и Игната Миоковичей – Павел и Петр Ивановичи, Авраам и Исаак Игнатьевичи владели деревнями Исаковка (Веселогоровка, Лесогоровка), Палитровка, Миоковка, Громовка. Последняя — после постройки в ней Архангело-Михайловского храма в 1778 г. стала селом Михайловским (Михайловкой).

Лозовая (часть Брянки) в 1776 году досталась в ранговую дачу секунд-майору Павлу Ивановичу Миоковичу и получила второе имя Павловка. Современное название деревни Аннинской — Новоанновка в Краснодонском районе образовано от имени супруги Петра Миоковича.

В 1791 году мы встречаем имя одного из Миоковичей – Стефана в Каменном Броде. В «Материалах для историко-статистического описания Екатеринославской епархии. Церкви и приходы XVIII столетия» находим: «Почти два десятилетия священник Василий Пованецький вместе с избранными от прихожан старшиной Стефаном Миоковичем, Василием Рокитянским, Игнатом Исаевским и другими просили «отремонтировать церковь во имя святых апостолов Петра и Павла, пришедшую ныне в крайнюю ветхость».

Ткните пальцем в карту ЛНР и попадете в бывшие сербские владения. Из сохранившихся до наших дней самые очевидные названия – Депрерадовка (от фамилии Депрерадович), Штеровка (от Штерич), Сабовка (от Сабо), Родаково (Радаков), Сентяновка (Сентенин), Голубовка (Голуб). Из канувших в Лету –  Юзбашевка (от фамилии Юзбаш), Сабадушевка (от Сабодош), Миоковка (Миокович), Божедаровка (Божедарович), Вуичновка (Вуич), Перичевка (Перич), Рашковка (Рашкович) и другие. Это топонимы, образованные от фамилий, а сколько их от имен – не сосчитать. Самые известные из них Мануиловка – в честь Мануйла Вуича, Александровск – по имени сына Юзбаша, Ивановка в Лутугинском районе — Ивана Штерича, Георгиевка – Георгия Шевича, Петровка на р. Лозовая – Петра Шевича, Исаково – Исаака Миоковича, Васильевка в Алчевске – Василия Сабова.

Братислав Живкович уверен, что в каждом десятом жителе Новороссии есть сербская кровь.

«Когда меня спрашивают журналисты из Германии, Италии, других стран, какой интерес сербам воевать в Новороссии, я всегда говорю им об этом. Да и никогда не было войн, где русские не помогали сербам, а сербы русским. Здесь наши родственники, потомки сербов, здесь сербская земля. Почему? Здесь были две сербские республики. Как называется этот город? Славяно-Сербск! Какие еще могут быть вопросы?! Это значит, что мы пришли к нашим людям, мы будем им помогать и защищать», — рассказал Живкович в интервью RuSerbia.com.

Сегодня командир сербских добровольцев, воевавших в ЛНР, живет в Донецке и учится на историческом факультете университета. Имя, которое носил его отряд, – «Йован Шевич» -известно в Луганске каждому школьнику, ибо навсегда вписано в историю нашего края. Принятый на службу подполковником, Иван Георгиевич Шевич был произведен в 1752 году в генерал-майоры (ему было 53 года). Он приехал с двумя взрослыми сыновьями Иваном, Петром и внуком Георгием. В 1759 году Шевич-старший был назначен начальником Славяносербии.

В 1764 году полки Шевича и Депрерадовича объединили в один Бахмутский гусарский полк под командованием полковника Георгия Родионовича Депрерадовича.

Когда в 1784 году «за ненадобностью» Бахмутский гусарский полк был упразднен, далеко не все офицеры остались в России, а если и продолжали служить, то поменяли дислокацию. Среди героев Отечественной войны 1812 года мы встречаем такие имена, как И. М. Дука, Н. И. Депрерадович, И. Е. Шевич и Н. В. Вуич. Некоторые, выйдя в отставку, жили в своих имениях, некоторые просто остались их владельцами. Так, дети и внуки Мануила Вуича вплоть до 1917 года владели Мануиловкой, Авраама Рашковича — Рубежным. Шевичам принадлежали Христовое, Первозвановка, Николаевка. С именем генерала от кавалерии Георгия Ивановича Шевича связано возникновение села Хрящевка на р. Северский Донец. Ему же принадлежали земли в междуречье р. Ольховой и р. Сухой (в Лутугинском районе), где он основал Георгиевку, обустроил Ольховку (Успенку), построил там церковь. В 1809 году, как гласит летопись, за ветхостью старой церкви, тщанием его сына Николая был построен Воскресенский собор. Зеленая Роща первоначально называлась Георгиевская Роща. Также село носило имя Терны.

Читая «Персональный состав административного аппарата Новороссии», видим потомков первых сербских поселенцев предводителями дворянства: в 1788 году — Павла Ивановича Миоковича, в 1846 — 1850 гг. — штабс-капитана Василия Родионовича Депрерадовича, в 1891 году – генерал-майора Георгия Ивановича Шевича, двукратно был избран Василий Афанасьевич Вуич, который в 1812 году также был начальником ополчения Екатеринославской губернии. Уездным судьей в 1791-1792 гг был секунд-майор Чута (Чутя) Николай Константинович, в 1794 году — секунд-майор Александр Константинович Юзбаша, в 1795-м –  секунд-майор Авраам Игнатьевич Миокович, в 1809 году — поручик Лазарь Афанасьевич Вуич. Гвардии поручик Егор Васильевич Депрерадович в 1870 — 1880 гг. был предводителем дворянства и председателем Земской управы уезда. Виктор Николаевич Радаков возглавлял ее с 1897 года.

Таким образом, деятельность дворян-сербов связана не только с военной службой. Обустраивая военные поселения, они перво-наперво строили храмы, сначала деревянные, потом каменные. Они имеют непосредственное отношение к возникновению в Донбассе угольной промышленности, ибо принимали участие в исследовании залежей полезных ископаемых, в том числе руды и угля. А в топонимике Луганщины, особенно ее небольших поселков, сербы оставили глубокий след. Об этом и о том, как живет Славяносербия сегодня, поговорим в следующих статьях.