Ь. Любовь с исключениями. Почему между Л и Ч мягкий знак ставится, а между Н и Ч нет?

   Почему между Л и Ч мягкий знак ставится, а между Н и Ч нет?

Мягкий знак влюбился в Н

И ходил за ней, как тень.

Там, где надо и не надо

Становился с нею рядом.

Пусть ошибки на письме,

Он твердил ей, как во сне:

«Нет прелестней и ровней

Перекладинки твоей!

Не встречал нигде, поверь мне,

Параллельней параллелей!

Есть, конечно, М и И,

В Ш и Щ их целых три,

Но они либо косые,

Либо толстые такие…

П как будто ничего,

Но ты лучше всё равно».

 

Усмехнулась буква Н,

Подняла его с колен:

«Комплиментов очень много,

Только я люблю другого.

Ч бывает очень злой,

Когда рядом мы с тобой,

Ты не суйся между нами — 

И останемся друзьями».

 

Рассердился Мягкий знак:

«Он глухой или дурак?

Мы с тобой звучим отменно:

Инь, огонь и вдохновенье!

И лишь вместе наша жизнь

Обретает новый смысл!

Я клянусь всегда быть рядом».

 

Н в ответ ему: «Да ладно!

Ты же вечный донжуан,

Ловелас и бонвиван,

И смягчишь кого угодно,

Не бываешь ты свободным». 

«Что нашла ты в этом Ч

Ловкаче и трепаче?

Да и вечно он простужен!»

«Но смягчает он не хуже!

 

Слушай: Папе саранче

На беспечной каланче

Хорошо жилось, конечно,

Пока мама, друг сердечный

Не прислала саранчат

Нянчить штук сто пятьдесят.

Чтобы выглядеть прилично,

Маме надо в магазинчик.

 

Саранчата не галдят,

Когда спят или едят.

Каждый просто симпомпончик,

Каждый в лапке держит пончик

И чесночных сухарей 

Пачку за 50 рублей.

Папа смачно возмутился

И налил себе графинчик —

Звонче всех грызут на свете

Эти сказочные дети!

Все углы обсели кучно,

Только им ужасно скучно.

Пища кончилась давно:

Полчаса уже прошло.

Огуречный пьют рассол,

Тянут папу за носок,

Теребят за кончик уса,

Клянчат блинчиков от пуза.

Ну а он: «Угу, ага,

Тут осталось два врага».

Папа в танчики играет,

Папа винчик попивает.

 

Наконец очнулся он:

Что за гам, откуда звон?

Оглянулся — не иначе

Пробегали здесь команчи.

Где же пончиков гора,

Каш молочных два ведра?

Где на утро мой бульончик,

С творогом любимый сочник?

Где черничный джем, где квас?

Гречневой крупы запас,

Где анчоусы в томате

И зефирки в шоколаде?

Яблочно-клубничный сок

И горчичный порошок?

Неужели в самом деле 

Даже мусор дети съели:

И жестянку от тушёнки

И сосисочные плёнки?

 

Срочно всех перелупить!

Только как их отловить?

Нет застенчивых воришек!

Папа — в погреб, где винчишко,

Чтобы истину постичь,

Но попал в нежданный клинч:

Стая саранчи сидит

И стаканами бренчит.

Не минуло и недели —

Малышата повзрослели.

Покачнулся он в испуге —

Все они теперь пьянчуги.

Лишь из ступора он вышел,

Глядь – над ними нету крыши.

В небе светит Млечный путь — 

Детки сгрызли каланчу.

Тут скончался он навечно, 

Съел его голодный птенчик.

Что ж, детей надо кормить,

Не втыкать и меньше пить».

 

Мягкий знак сказал: «Все ясно,

Без меня у вас прекрасно».

Сам подумал: «Ей-же-ей,

Намекает на детей.

Да и лучше бы подальше

Обходить братков шипящих».

 

И на следующий день

Он вернулся к букве Л.

Та всегда его любила

И, конечно же, простила.

Повинился Мягкий знак:

«Сам себе я злейший враг!

Кто же там в коляске плачет?»

 

«Наш сыночек маЛЬЧик-с-паЛЬЧик! —

Отвечает буква Л,

Руки в боки уперев, —

Ты теперь навеки мой.

Ч и Щ шипят — ты стой!

Правил нет без исключений,

А любви без огорчений».

 

Нежный мягкий знак постоянно сбивает с толку тех, кто не помнит правило: в сочетаниях ЧК, НЧ, ЧН, ЩК, ЩН, РЩ, ЧТ, РЧ его нет и быть не может. Ведь звуки [ч’] и [щ’] не менее нежные — они и сами мягкие, и делают мягкими соседей.  Чего нельзя сказать о звуке [л], который относится к зубным звукам и не смягчается под влиянием стоящих после него мягких согласных.

Стихотворение потренирует в произношении букв ЭН, ЭМ, ЭЛЬ, ЧЕ, ЩА, к тому же в нём много трудных слов для выборочного диктанта. 

Что особенного в букве Л и почему филологи и прочие знатоки языка произносят ЭЛЬ, а не ЭЛ? Это традиционное, академическое произношение, принятое по аналогии с латинским. Однако с некоторых пор (с 2007 года) это правило смягчили, и разрешили произносить твёрдо: ЭЛ. Поэтому сегодня правильны оба варианта. Напомню, что языковеды стремятся к упрощению правил современного русского языка.